Русский язык. Помахаем на прощание?

Любой язык, как утверждают филологи, развивается, изменяется, приспосабливается к окружающей ( в широком смысле) среде. Поэтому в появлении и закреплении в повседневной жизни новых слов они не видят ничего страшного. Кроме того, любят они рассуждать и на тему всесилия русского языка, способного перемолоть и преодолеть любые отрицательные влияния. Процесс-то естественный. А все, что естественно, то прекрасно. А все ли?

Начнем с того, что нецензурная лексика стала почти (почти – это мягко!) нормой. Запретные ранее (в свое время – до 15 суток за употребление в общественном месте) теперь в ходу у молодых и пожилых, детей едва ли не колясочного периода жизни, юношами и романтическими с виду девушками, родителями и детьми. Этот пласт русского языка получил такое распространение, что даже судьи теннисных турниров вынуждены были освоить наиболее употребительные выражения. Правда, они из-за своей русофобской позиции не в состоянии оценить идиоматичность и фольклорность, и штрафуют игроков за их применение во время игры.

Как тут не вспомнить анекдот времен развитого социализма. Некто, заполняя анкету для выезда за рубеж, на вопрос «Какими языками владеете?», простодушно написал: «Русским матерным и русским со словарем». Видимо, вспомнили анекдот и законодатели. Тем более, что он приобрел дополнительную актуальность. И решили, что надо что-то срочно предпринимать для защиты «великого и могучего», интеллектуальной мечты «негров преклонных годов».

Перво-наперво ополчились на слова иностранного происхождения. Получилось не очень. До сих пор повсеместно слышится «коллаборация» вместо «сотрудничества», «локация», а не «местонахождение», «маркетплейс», а не «рынок», хотя в данном случае без басурманского уточнения «виртуальный» обойтись сложно, да и получается длиннее, хотя понятнее. Примеров тьма. Да еще молодежь разгуливает в толстовках с возмутительными надписями Оксфорд и Нью-Йорк, естественно, на латинице.

Совсем без варваризмов (слов иностранного происхождения) не получится. Забавно звучит «напряжёметр» вместо вольтметра, «летак» вместо самолета, а «блюдонос и мокроступы» вместо официанта и калош. Но там, где можно найти привычный российский заменитель (чуть не написал «эквивалент»), наверное, необходимо, хотя придется потрудиться. И филологам тут бы приложить усилия, а не искать оправдания своей лени, прикрываясь «естественным процессом». Примечательно, что иностранными словечками любят щегольнуть те, кто в изучении иностранного дальше «Вау!» и «Окей!» не продвинулся. Наверное, именно поэтому они и родной язык неважно знают. Если бы знали, наверняка бы и к родному языку более бережно относились. Постоянно, а не только в юбилейные даты великих поэтов и писателей.

Немного отступлю. Автор не профессиональный филолог. Но, полаю, что знание двух европейских языков на уровне синхронного перевода (да и письменным в молодости баловался), дает некоторые основания для собственного мнения на этот счет. Меня больше волнуют не варваризмы, особенно в умеренных дозах. Значительно больший вред наносит, так называемая «сниженная» лексика. По радио и телевидению, которые были образцом литературной речи, постоянно слышатся: «наличка», «санкционка», «запрещенка», «ювелирка», «молочка» (экономика); «регулярка», «молодежка», «дистанционка», «предсезонка» - это о подготовке, «нулевка – ничья с таким результатом, а не то, что может прийти на ум» (спорт); «домашка», «художка», «музыкалка», «вкусняшка и печенька» (дом и семья). Эта тарабарщина, простите, по-русски? Интересно, что бы у Пушкина из этого получилось? Скорее всего, так бы и остался безвестным камер-юнкером. Или уже тогда рэп изобрел. Гений все-таки.

Уверенно чувствуют себя и совсем подзаборные полужаргонные словечки. У военных корреспондентов без какого-либо напряжения в ходу «пацан», видимо, полагают, что это придает суровости и мужественности репортажу. Дипломаты пока держатся. Во всяком случае, в ООН ездят не на стрелки и государственные деятели малявами не обмениваются даже в натуре, а послов не вызывают на разборки. Да и медики, пока врачами называются, а не «лепилами».

Иными словами, проблема зашла далеко и глубоко. Настолько, что собрались даже в ВУЗах преподавать «Русский государственный». Оказывается, тем, кто сдал экзамен и подтвердил право обучаться в УНИВЕРСИТЕТЕ (!) такой предмет настоятельно требуется. Пока вроде бы в официальной переписке ничего запредельного не замечено. Но грамматические ошибки даже при наличии компьютерных программ отнюдь не редкость.

Прискорбно, но что-то делать, действительно, необходимо. А пока во исполнение благих инициатив в качестве литературной нормы признали и включили в состав словаря слово «махаю». На очереди, видимо, «ехай», «ихний», «спросить за» и «пришел со школы».