«Белорусские Помпеи» - славянский ответ русофобам

В сознании западноевропейцев прочно укоренился миф о дикости славян, которая проявлялась якобы с самого момента их выхода на историческую арену. Тут и сказочки о человеческих жертвоприношениях, и побасенки об особой предрасположенности и даже любви славян к рабству, склонности к лени и вообще неспособности к самостоятельному развитию. И если им, славянам, чего-то и удалось, мол, в позднейшее время, то это только благодаря цивилизаторскому влиянию Запада.

Несмотря на многочисленные факты и свидетельства о том, что славяне в Европе уже в раннем Средневековье достигли очень высокого уровня развития, сочиненная на Западе фальсифицированная версия истории славян стала такой монолитной и ничем не пробиваемой, что бороться с ней сегодня почти невозможно.

Скажем, наши учебники истории справедливо указывают на тот факт, что в X-XI веках скандинавы называли Русь Гардарикой – Страной городов. Т.е. уже на раннем этапе своей истории славяне развивались как городская цивилизация, в отличие, скажем, от Востока, да и от той же Западной Европы. Наши историки пишут, но это мало кого из оппонентов убеждает.

«Чтобы называться Страной городов, надо, чтобы там этих городов было, действительно, много. Где же они?» «Так эти города строились в основном из леса, из материала, который в отличие от камня был доступен и распространен на всей территории проживания славян. А дерево и сгнить, и сгореть может. А сколько нашествий было и пожаров!» «Не убеждает. Кроме того, почему сразу речь идет о городах? Ведь для скандинавов того времени, которые сами не знали городов, и любая деревня, окруженная тыном, могла сойти за город! Вы нам продемонстрируйте такой деревянный город, а не село с забором, тогда и дискутировать будем».

Так или примерно так строится диалог «наших» и «ихних» историков. Но сам вопрос, действительно, интересный: «А как выглядели славянские города – были ли они городами или все же селами?» И, как ни удивительно это может прозвучать, сегодня возможно увидеть такой город своими глазами, разве что руками не потрогать – многовековая древность все же. И сделать это можно в Беларуси в Бресте – в уникальном археологическом музее «Берестье», единственном в Европе музее средневекового города восточных славян.

Археологический музей «Берестье». Фото автора

Берестье - один из древнейших городов Белоруссии. Первое упоминание о нем содержится в летописи «Повесть временных лет» в 1019 году. Это был город-крепость на рубеже восточнославянских и польских земель, важный транзитный торговый пункт, ремесленный центр окрестной территории. Располагался он в междуречье Западного Буга и Муховца и занимал площадь около 4 гектаров, на которой жили около 2 тысяч человек.

Город защищали деревянные стены на земляных валах и оборонительные рвы. Во второй половине XIII века в Берестье была построена кирпичная оборонительная башня и церковь.

Так выглядел город Берестье (макет в музее). Фото автора

Однако века, пролетевшие над Берестьем, похоронили город, упрятав его в толщу земли. К XX веку никаких материальных следов древнего города не осталось.

Известные советские археологи, занимавшиеся в разные годы поисками Берестья, предположили, что при строительстве Брестской крепости его остатки были полностью уничтожены. Но молодой белорусский археолог Петр Лысенко имел на этот счет иное мнение.

Первую попытку найти город Лысенко предпринял в 1961 году. Она оказалась безуспешной. Тогда ученый углубился в изучение письменных источников – карт, записок путешественников, исследований местных краеведов. И в 1964 году археолог высказал предположение, что  детинец Берестья должен был располагаться на мысе при слиянии левого рукава реки Мухавец и Западного Буга. Однако проверить сразу это предположение в то время было весьма непросто: это место находилось в пограничной зоне, и здесь дислоцировалась воинская часть.

Наконец, в 1968 году был заложен поисковый шурф, и вскрыты остатки деревянных построек. Стало совершенно очевидно, что найдено древнее поселение. Возможно, это и есть древний город Берестье? Находки, сделанные в следующем археологическом сезоне, позволили уже с уверенностью заявить: «Да, летописный город найден!»

На протяжении следующих лет небольшой отряд археологов под руководством Петра Федоровича Лысенко кропотливо и тщательно проводил раскопки, удивляя научный мир. Это была сенсация. «Березовой Троей» и «Белорусскими Помпеями» окрестили древнее Берестье в научном мире, подчеркивая таким образом значение этого открытия.

За годы раскопок в Берестье были обнаружены тысячи предметов материальной культуры.  Пролежав в течение веков во влажной земле без доступа кислорода, они находились в великолепной сохранности. Однако под воздействием атмосферного кислорода эти свидетельства минувшей эпохи могли просто превратиться в прах. Тогда Лысенко обратился за помощью в Белорусский технологический институт им. С.М. Кирова. Там был разработан уникальный метод пропитки археологической древесины водным раствором феноловых спиртов.

Это был первый в истории удачный эксперимент консервации большого по площади археологического памятника деревянного зодчества в полевых условиях. В ходе консервации форма, размеры и натуральный цвет археологической древесины не изменились.

18 января 1972 года Совет Министров БССР принял решение о создании музея «Берестье» и строительстве специального павильона.

2 марта 1982 года археологический музей «Берестье», главным экспонатом которого стал археологический раскоп, открыл свои двери для посетителей и стал одним из самых популярных музеев Беларуси.

Павильон площадью 40 на 60 метров построен из бетона, стекла и анодированного алюминия и представляет собой двускатное перекрытие со световым фонарем по центру. Его очертания напоминают древнее жилище и одновременно пласты земли, раскрывающие древний город.

В центре павильона - раскоп площадью 1118 квадратных метров. На глубине 4 метров находится часть ремесленного квартала - 28 деревянных жилых и хозяйственных построек XIII века, две уличные мостовые, частокол, остатки глинобитных печей.

Раскоп. Фото автора

Многие постройки имеют 5-9 венцов, а некоторые даже 12, что является большой редкостью. Основным планировочным элементом Берестья были улицы. Жилища примыкали к ним глухими стенами и ставились в 3-4 ряда между улицами на расстоянии около полуметра друг от друга. Это были квадратные в плане сооружения, срубленные в простой угол из круглых бревен хвойной породы. Дверные проемы прорубались с 3-4-го венца снизу на высоту 6-7 венцов, окна на высоту одного-двух венцов располагались почти под самой крышей. Крыши были двускатные, покрытые колотыми досками. Фундаментом служили подкладки под углы домов или остатки предыдущих построек.

При раскопках археологи обнаружили различные изделия из черных и цветных металлов, стекла, дерева, глины, кожи, кости, ткани.

Берестейские кузницы варили железо и сталь, из которых изготавливали высококачественные орудия труда (топоры, долота, сверла, серпы, косы), делали наступательное и оборонительное оружие (мечи, булавы, наконечники копий и стрел, кольчуги и доспехи). Берестейские замки имели сложные закрывающие устройства, а на ножницы наваривались стальные лезвия.

Городские ювелиры изготавливали главным образом женские украшения - браслеты, кольца, перстни, бусы, подвесные украшения головного убора - колты.

Был развит в городе и гончарный промысел. Найдены горшки, кувшины, миски, изготовленные на гончарном круге. Многие находки украшены орнаментом, на днище некоторых сосудов есть клейма мастеров.

Так выглядели жилища берестян изнутри (реконструкция). Фото автора

Местные бондари делали посуду в основном из хвойных пород дерева. При  раскопках обнаружены деревянные ушат, ведро, баклага, коромысло, тележное колесо, лыжи, рулевые и гребные весла.

Прядением и ткачеством занимались в каждой берестейской семье. В музее представлены  фрагменты шерстяной ткани, веретена, детали ткацкого станка. Сапожники шили из кожи высококачественную обувь - туфли, сапоги, поршни. Туфли украшались разноцветной вышивкой.

Из костей диких и домашних животных вырезали гребни, пуговицы, иголки, рукояти ножей.

Помимо ремесел горожане занимались также земледелием, скотоводством, охотой и рыболовством.

К числу уникальных находок относятся гребень начала XIII века с вырезанными буквами кириллицы, писала - металлические стержни для нанесения букв, диплом - деревянная навощенная дощечка для письма, книжные застежки. На костяном мастихине берестейского художника сохранились пятна розовой краски. В Берестье найдены вырезанные из дерева и кости шахматные фигуры - король и ладья.  Бронзовый крест-энколпион, иконка, крестики, ложечка для причастия стопроцентно свидетельствуют о том, что берестяне были христианами.

А еще Берестье был торговым городом. По Западному Бугу и Муховцу приплывали сюда купцы с товарами. Из Киева доставлялись стеклянные изделия - браслеты, бусы, стопки, бокалы. С черноморского побережья везли вино и масло в амфорах, а с Кавказа поступал самшит - особо твердая порода дерева.

Словом, жители Берестья – умелые ремесленники, храбрые воины-защитники своего града и его окрестностей, земледельцы, скотоводы, охотники и купцы – были куда как далеки от мифической дикости, приписываемой славянам нашими недоброхотами.

Археологи продолжают исследования Берестья. Как считает П.Ф.Лысенко, у ученых есть все основания увеличить возраст города, отодвинув его от летописной даты основания в 1019 году на 40-50 лет.

Вадим Лапунов, член Зиновьевского клуба, Агентство СЗК

Автор
Беседовал парламентский корреспондент Агентства СЗК Вадим Лапунов
Агентство СЗК

Беседовал парламентский корреспондент Агентства СЗК Вадим Лапунов

Похожие статьи