"Умереть, чтобы сократить расходы"..

Дополнительная информация

  • На злобу

    Роберт БЁРТОН, английский священнослужитель, писатель, ученый

Принятый главный финансовый план страны, именуемый «Бюджет», полностью оправдал ожидания. В том смысле, что ничего нового не принес. Конечно, все серьезные экономисты понимают, что экономика, впрочем как и все «государственные» дисциплины, есть искусство возможного. Но обычно делают акцент на слово «возможное», то есть ограниченное поле деятельности, что служит оправданием всех остальных решений. Но, может быть, стоит обратить внимание на слово «искусство»? Чтобы пассивно подчиниться обстоятельствам, не нужна ни наука, ни искусство. Возможно «от сих до сих», и больше никаких вопросов. А «искусство» как раз и заключается в том, чтобы, располагая скупыми средствами (несколькими красками, семью нотами, четырьмя струнами или черно–белой фотопленкой), создать шедевр, выйти за границы возможного. 

Творцы нашего бюджета, конечно же, исходили из «возможного», ничуть не посягая не только на шедевр, но даже на хоть искорку таланта. В первую очередь скуку наводит нескрываемая пассивность. Постулируются базовые компоненты, определяющие всю архитектуру документа: цена нефти, курс национальной валюты, инфляция. Они принимаются как данность. Но кто их рассчитал? Объяснение найти можно. И даже находится. И даже «озвучивается». Но имеет ли оно отношение к действительности? Цена нефти мало зависит от экономики, а больше от политики, курс доллара от американского хозяйства, а инфляция от положения дел в нашей стране. Крайне труднопрогнозируемая материя. 

Это вовсе не означает, что прогнозы не нужны. Нужны, конечно. Но они не могут служить жестким каркасом для такого важного документа, как бюджет. Бюджет это ведь не прогноз, не план или «концепция» развития. Это именно финансовый документ (с его доходами, а, особенно, расходами), по которому предстоит жить стране. И предположения в нем должны быть минимальными. Граждане, промышленники и все остальные социальные группы должны быть твердо уверены в том, что им стоит ожидать в предстоящем периоде. 

Но еще больше чем «предположительность» и «умозрительность» отправных пунктов расстраивает пассивность. Бесспорно, очень удобно сослаться на внешние обстоятельства (курс валют, сырьевые цены и т.д.) и не пытаться даже предпринять усилия для их преодоления. Естественно, не сразу. Не в одном бюджете. Не за один бюджетный период. Это длительная работа. Но сделать хотя бы попытку, хотя бы намек… Вот этого–то в росписи государственных доходов и расходов и не видно. 

Не видно радикального изменения тех статей, которые могли бы придать импульс экономическому развитию. Самая крупная статья – социальная политика - занимает 30,96%. Выросла на целых 0,17% (!). А ведь это стабильность социальной среды, в конце концов спрос потребителей, который дает «заказ» экономики на расширение производства. Хорошо, что столько средств направляется на защиту малоимущих и социально уязвимых. Но пенсии работающим пенсионерам не проиндексируют, материнский капитал второй год подряд не увеличат, хотя разговоры про ипотеку и увеличение рождаемости, несомненно, продолжатся. 

Национальная экономика получит 14,11% расходов, на целых 1,26% больше, чем в прошлом году. Тоже на импульс не очень похоже. И это при том, что настоятельно требуется не только ускорять производство, но и радикально реструктурировать и модернизировать производственную базу, чтобы окончательно освободиться от сырьевой зависимости. В таких финансовых условиях об ускоренном развитии говорить трудно. Да еще в условиях «умеренно жесткой денежно-кредитной политики». 

Не радует и снижение расходов на оборону (на 0,22%). Во-первых, не те времена, и в оборонном комплексе есть чем заняться после многих лет застоя. А, во-вторых, как бы ни критиковали некоторые эксперты военные расходы – в последние годы именно они «тянули» всю остальную экономику, оживляя заводы и малые города. Не говоря уже о наукоемкости производства и шансах нашей науки в этой связи. И эту тенденцию очень бы хотелось поддержать. 

Резервов не много. Но можно было бы, наверное, повнимательнее посмотреть на потребности, связанные с общегосударственными вопросами, которые выросли на 0,95%, или правоохранительную деятельность, куда будет направлено средств почти на 4% больше (самый крупный прирост). Статьи немаленькие. На них приходится, соответственно, в новом бюджете 7,64% и 11,7%. Задачи, связанные с этими статьями, первостепенной важности. Но почему-то думается, что резервы для более скромного удовлетворения аппетитов были. Принять во внимание хотя бы намерение Министерства внутренних дел сократить штат сотрудников на 2%. 

Изменения остальных статей колеблются в пределах долей процента. Для бюджета не существенно. Но ведь бюджет составляется не ради самого бюджета, а для того, чтобы финансируемые через него сферы были в «цивилизованном» состоянии. Наверняка, других денег ждали больницы, школы, экологи. Сегодня для них средств не нашлось. Но ведь это наше завтра. И вот в этом, видимо, главный недостаток бюджета. 

Получился чисто бухгалтерский документ: свели доходы с расходами - и хорошо. Но хорошо только на «сегодня». Не думая о «завтра». Иными словами, не шедевр. А хотелось бы.

Михаил Беляев, главный экономист ИФРУ, ведущий аналитик Агентства СЗК

Президент США Дональд Трамп заявил, что США должны существенно усилить ядерные возможности. Ранее Владимир Путин сказал, что укрепление ядерного потенциала является приоритетной задачей России в 2017 году. Их слова дали экспертам повод объявить о новой гонке вооружения. Она действительно началась. Однако смысл ее не столько в военном противостоянии, сколько в попытке выполнить за счет ВПК программы по экономическому развитию. 

Экономические программы президентов России и США удивительно похожи. Дональд Трамп обещает «сделать Америку снова великой» за счет «развития промышленного производства внутри страны». Владимир Путин так же напирает на укрепление реального промышленного сектора. А это все и есть оборонка. Следовательно, попытка дать странам экономический импульс через ВПК вполне очевидна. Только для нас она будет во много раз проще и выгоднее. 

Смена позиций 

В советское время США пользовались гонкой вооружений для того, чтобы ослабить СССР экономически, вынуждая тратить огромные средства на оборону, причём не только собственных границ, но и социалистического лагеря в целом. Сейчас мы поменялись местами. Теперь блок НАТО вынужден выделять гигантские средства на силовую поддержку завоеваний демократии по всему миру.

Многие удивляются, как Россия, с ее военными расходами в $50 миллиардов, умудряется удерживать стратегический паритет с США, у которых бюджет Пентагона превышает $600 миллиардов.

Дело в том, что у нас совершенно разная структура оборонного бюджета. У американцев две трети расходов приходится на содержание раздутой инфраструктуры, в том числе 1100 военных баз за границей, где солдатам выдают четырехслойную туалетную бумагу и оплачивают мобильный роуминг. В эту же статью входят выплаты зарплат и пенсий для военнослужащих, которые намного выше, чем у нас. В итоге у них просто не остается денег на развитие.

- Для того, чтобы просто залатать дыры в нашем военном бюджете, нужно ежегодно расходовать на оборону дополнительно 88 миллиардов. Если этих денег не будет, нам придется резать корабли и самолеты, у нас не будет никакого другого выбора…, - плакался еще Бараку Обаме тогдашний заместитель министра обороны США Роберт Уорк.

Россия же две трети своего военного бюджета тратит на научные исследования, опытно-конструкторские разработки и производство новой техники. Именно благодаря этому мы и обогнали Пентагон в ряде направлений, самое важное из которых, ракетостроение.

Вот пример: стоимость постройки авианосца - $6 миллиардов, каждый месяц он «съедает» еще порядка $10 миллионов, на нем размещен десяток самолетов по $100 миллионов каждый, а уничтожить все это богатство можно одной нашей ракетой «Калибр». Стоимость залпа - $1,5 миллиона. 

Все на продажу 

Ставка на оборонку сделана не случайно. В нашем случае, то немногое производство, которое удалось уберечь от развала и даже модернизировать. Вкладывать в нее выгодно по целому ряду обстоятельств. Во-первых, контроль за расходованием средств намного выше, чем где-либо еще. Во-вторых, военные технологии единственные, где мы успешно конкурируем с остальным миром и каждый вложенный рубль оправдывается сторицей.

Наш ВПК всегда оставался плановым и с советского времени ориентирован на производство максимально возможного количества качественной, но дешёвой военной техники. Если сравнить во что обходится танк одинакового класса Пентагону и нашему Министерству обороны, то окажется, что курс доллара к рублю в военной области едва ли не один к одному.

Из-за этого инвестиции в российский ВПК мгновенно окупаются с выводом каждой новой модели вооружения на международный рынок. Именно в этом – «клепании» оружие для продажи, а не для внутреннего пользования, и состоит главное отличие России от СССР. 

Служба вместо работы 

Владимир Путин подписал указ об увеличении штатной численности Вооруженных сил на 13 628 контрактников. С 1 июля 2017 года с погонами на плечах будет ходить 1,903 миллиона человек.

Решение носит отнюдь не милитаристский характер. При общем ухудшении экономической ситуации это хороший способ борьбы с безработицей. Людям дают элементарную возможность получить профессию и прокормиться за счет государства. Параллельно снимается социальная напряженность, здоровые молодые парни идут в наряд вместо митинга. 

Артем Стоцкий, Агентство ФинЭк

 

Экономистам, какие бы задачи они ни решали, работают в условиях ограниченных ресурсов. Наиболее яркой иллюстрацией всегда и во всех странах служит главный финансовый план страны – бюджет. Доходы диктуют уровень расходов, которые, как известно, границ не имеют. Даже в самых благополучных с экономической точки зрения странах, даже в благоприятные времена полностью удовлетворить запросы отраслей, регионов, социальных групп, нуждающихся в поддержке, как бы они ни были актуальны и аргументированы, не представляется возможным. Поэтому бюджет всегда и везде находится под огнем критики.

Но критиковать легко. Особенно, когда задача не в том, чтобы улучшить документ, а в том, чтобы набрать политические баллы. Поэтому, прежде чем критиковать, следует оценить возможности расширения главного ограничителя – доходов. Применительно к нынешнему бюджету вопрос риторический. То есть не требующий ответа. Минфину в содружестве с другими ведомствами удалось собрать столько, сколько удалось. Хотя к так называемой «собираемости» могли быть претензии. Но такие претензии из разряда вечных. Стопроцентной собираемости нет и быть не может. Доходная часть, конечно бы, увеличилась, но не принципиально. Налоговые поступления от физических и юридических лиц находятся на пределе (подтверждение - постоянные сетования бизнесменов на непомерную налоговую нагрузку и сопротивление введению прогрессивной шкалы налогообложения физических лиц). Внешнеторговые доходы в условиях подешевевших энергоносителей, несмотря на успехи в торговле аграрной продукцией и вооружениями, пока не в состоянии радикально изменить объем бюджетных поступлений.

Переходя на сухой язык цифр, «расписать» предстояло 13,5 трлн. рублей. Хотелось бы больше, но экономисты обязаны не мечтать, а работать с тем, что есть. В любом случае компромиссный бюджет лучше, чем бесконечные споры о нем. Ведь бюджет – это деньги, предназначенные конкретным адресатам. Одни без них не могут работать и выпускать продукцию, выплачивать зарплату сотрудникам, другие (прежде всего, социально незащищенные) без выплат из бюджета не имеют средств к существованию. И тем и другим ждать два-три месяца, пока иссякнет критический запал, мягко говоря, некомфортно.

Тем не менее, баланс (разумеется, не идеальный!) был найден, причем уложились в строго установленные сроки. На социальную политику будет потрачено 5,08 трлн. рублей. Более трети - все остальные статьи остаются далеко «за флагом». При этом следует признать, что уровень бюджетной поддержки весьма скромен. Но запланированный уровень расходов позволит его сохранить и даже немного улучшить. В условиях напряженного бюджета уже это можно считать достижением.

А могли бы достижения на этом направлении быть ярче? Теоретически могли бы. Но только за счет других статей. Вопрос, каких? Наиболее резкой критике подвергаются оборонные расходы. Может быть, действительно, стоило предложить военным затянуть портупеи? Вряд ли. Дело не только в геополитической обстановке, хотя этот аргумент далеко не на последнем месте. У оборонных отраслей практически нет конкурентов по передаче импульсов развития другим отраслям, включая науку. Они потребляют цветной и черный металл, пластмассы, текстиль, электронику, дают задания на разработку программного обеспечения. Перечислять можно практически без конца. Иными словами, оборонные расходы «сегодня» оборачиваются рабочими местами и возросшим производством «завтра». А это, в свою очередь, означает заработки, снижение безработицы (ослабление нагрузки на социальные статьи) и приток денег в бюджет от успешных предприятий и получающих регулярный доход физических лиц. И еще одна немаловажная деталь. Деньги, поступившие непосредственно в отрасль, имеют прямое стимулирующее воздействие, в отличие от «спросовых» статей – пенсий, зарплат бюджетникам, дотаций и различных вспомоществований. По этому каналу деньги, прежде чем попасть к производителю, проходят несколько звеньев, где они задерживаются, а нередко и оседают. Так стоит ли «стратегию», приносить в жертву «тактике», замешанной на популизме или не вполне отчетливом представлении о реальном экономическом механизме?

Уместно отметить, что бюджет отнюдь не был предложен к голосованию в категоричном варианте. В ходе парламентских чтений и учета поступивших в ходе обсуждения предложений на 2017 год было «переверстано» 540 млрд. рублей, а на 2018-2019 годы около одного триллиона. Не так много. Но и рамки, как мы выяснили, были достаточно жесткими. Перебрасывание сумм из одной статьи в другую имеет достаточно четко обозначенные пределы. Бюджет можно назвать оптимальным. То есть согласно одному афористичному определению «наименее плохой». Любое улучшение одной статьи вызывало бы более существенное ухудшение другой, давая еще менее удовлетворительный конечный результат.

Тем не менее, претензии к бюджету есть. И главная - он не является бюджетом развития. И дело не только в скромности цифр. К такому выводу приводит анализ динамики показателей на ближайшие три года. Позитивно, что предполагается небольшое, но все-таки увеличение доходной части (оставим в стороне отсутствие аргументации) - в 2019 году финансисты будут делить уже почти 15-триллионный пирог. Но совершенно непонятно, почему будет снижаться расходная часть? Если в следующем году всем получателям государственных средств направлено 16,2 трлн. рублей, то в 2018 – 16,04 трлн., а в 2019 году – всего 15,98 трлн. Тут же не без гордости приводят цифры снижающегося дефицита бюджета.

Однако, это отнюдь не аргумент. Бюджет, достижение его сбалансированности, само по себе не может быть самоцелью. Это лишь инструмент развития экономики, повышения благосостояния нации. Такова реальная цель экономики и ее важной составной части – бюджета. Хорошо известно, что бюджет развития бездефицитным не бывает. Особенно в те времена, когда нужно не только подстегнуть темпы роста, но и реконструировать весь хозяйственный механизм. Кстати, благополучные ныне страны, прежде чем стать таковыми, потратили немало сил и средств на развитие национального хозяйства. И это был период дефицита бюджета, внутренних и внешних займов, привлечения всех возможных источников средств.

Тем более, что у нас дефицит отнюдь не обременительный, с невысокой долей государственной задолженности и находится в рамках общепринятых требований по предельным цифрам превышения расходов над доходами. Таким образом, разумнее было бы как минимум удержать расходы, то есть финансовые стимулы для экономики на достигнутом уровне, что в перспективе (не такой уж отдаленной) принесло бы деньги в бюджет, обеспечило бы страну рабочими местами, а значительная часть проблем, которые сейчас сродни экономической головоломке, ушли бы в прошлое.

Михаил Беляев, главный экономист ИФРУ, ведущий аналитик Агентства ФинЭк

Для тех русских экономистов, которые специализируются на троллинге не Америки с её необеспеченным долларом и необъятным долгом, а неумех из Минфина и ЦБ РФ, при приближении конца года наступает пора предсказаний скорого бюджетного краха, печатания денег и обвала рубля. Совершаемое из года в год открытие состоит в том, что из-за полумесячной новогодней пьянки в декабре бюджет несет фактически двойной расход по зарплатам, пенсиям и прочим социальным выплатам января, выдаваемым перед Новым годом. Вдобавок к ним прибавляются расходы по закрытию госконтрактов в последние месяцы года. 

Возникающий в результате этого сезонного всплеска расходов повышенный дефицит ноября и особенно декабря (в прошлом году дефицит этих 2 месяцев дал 2/3 всего годового дефицита бюджета, в т.ч. декабрьский – 57%) приводит к сезонному всплеску ликвидных активов банков. Если нет наложения других факторов, вроде предновогоднего падения цены нефти год и 2 назад, или нестандартного кредитования Роснефти Банком России в декабре 2014 г., вызвавшую валютную панику и набег на банки, то сам себе этот краткосрочный всплеск ликвидности не имеет далеко идущих последствий, поскольку её избыток всегда поглощается сильным бюджетным профицитом в январе. 

К тому же Минфин уже 10 лет как для смягчения годового цикла колебаний ликвидности размещает депозиты в банках, изымая их в ноябре-декабре. Так, в прошлом году за 10 мес. федеральным бюджетом в банках было размещено 1.05 трлн. руб., из них для финансирования дефицита ноября-декабря изъято 800 млрд. На 1 ноября т.г. на депозитах в банках фед. бюджетом было размещено ещё больше – 1.2184 трлн. 

Доходы 

Но может быть, из-за недобора плановых доходов в нынешнем году Минфин действительно чрезмерно «зажал» расходы в первые 10 месяцев года, оставив на последние месяцы чрезмерный «навес» не исполненных обязательств? В прошлом году план доходов был перевыполнен на 3%, в т.ч. не нефтегазовых – на 5.7%, что привело к умеренному дефициту (на 0.3 п.п. меньше плановых 2.9% ВВП) даже при некоторых доп. расходах (+1.2% к начальному плану). В тек. году из-за сильного недобора нефтегазовых доходов (вероятно, они окажутся на 20-22% меньше годового плана) общие доходы, наоборот, могут не дотянуть 4-5% до плана (напомню, что в отличие от прошлогоднего, бюджет нынешнего года не корректировался в момент критического падения цен нефти в его начале). 

Расходы 

Тем не менее, график финансирования большинства статей расходов внутри года в целом не отклоняется от обычной сезонности и с поправкой на эту сезонность за истекшие 10 мес. довольно точно соответствовал плану. При этом реальные (с поправкой на инфляцию) среднемесячные расходы федерального бюджета оставались примерно на уровне прошлогодних. Единственной крупной статьёй бюджетных расходов, реальные расходы по которой растут (на 10-11% против прошлогодних) остаются военные, и их финансирование не отстаёт от плана. 

Наиболее крупное сокращение расходов отмечается по статье «Социальная политика» (в октябре – около 10% в год. сопоставлении в реальном выражении) из-за инфляционного обесценения пенсий и т.п. Однако никакого «зажима» таких (мандатных) расходов и переноса их на конец года, понятное дело, быть не может. 

Единственная крупная статья, которая за первые 10 мес.  недофинансирована против плана (примерно на 15%) – «национальная экономика», т.е. инвестиции, включая докапитализацию компаний и банков с госучастием. Но вероятно, что эти расходы и не будут доведены до планового уровня в ноябре-декабре, а перейдут на следующий год. Ведь инвестиции могут упираться не в выделение денег, а в сроки разработки и согласования проектов, темпы выполнения работ подрядными организациями и т.п. Тем более что реальный фактический уровень расходов по этой статье примерно на 5% ниже прошлогоднего. 

Так что какого-то особенного всплеска расходов в конце года, которой мог бы сам по себе угрожать ценовой стабильности и обменному курсу, похоже, не предвидится. Рублю, кроме колебаний цены нефти, ничто особо не грозит. 

Финансирование 

Хотя дефицит нынешнего года, очевидно, заметно превысит как прошлогодние 2.6% ВВП, так и плановые 3% ВВП т.г. (дефицит 10 мес. – 2.3% ВВП против прошлогодних 1.1% за соотв. период), в его финансировании значительно снизился вес чистого кредитования (списания со счетов) ЦБ, главную роль в котором играет т.н. «расходование Резервного фонда» (в тек. году оно пока ограничилось периодом с апреля по август). 

Суммарное сокращение остатков на счетах Минфина за 10 мес. т.г. было лишь 172 млрд. руб., против втрое большей суммы в прошлом году за такой же период (503 млрд.). Суммируя с приведенными выше размерами увеличения депозитов в банках, можно оценить приросты ликвидности банков через бюджетный канал, т.е. «монетизации» дефицита, как сказали бы поколением ранее. 

Уменьшение чистого кредита ЦБ («эмиссионного финансирования» в советской лексике) в финансировании дефицита в тек. году компенсировано: (1) приростом госдолга (на 410 млрд. руб. за 10 мес. в рублях и инвалюте; за аналогичный период прошлого года госдолг, наоборот, сократился на 306 млрд.); (2) приватизацией на 397.1 млрд. руб. (против 5.1 млрд. за 10 мес. прошлого года). 

Макроэкономические следствия приватизации контрольного пакета Башнефти и иных планов Роснефти 

Основное поступление от приватизации связано с продажей «Роснефти» 50.08% акций «Башнефти» за 329.7 млрд руб., поступивших в бюджет в октябре. При этом Роснефть не прибегала к займам, рефинансированном в ЦБ (как в декабре 2014 г.), и, следовательно, выплата этой суммы в бюджет привела к соответствующему сжатию ликвидности банков (остатков на корреспондентских и депозитных счетах в ЦБ). 

Но поскольку к моменту платежа наблюдался довольно заметный избыток остатков на корсчетах банков, созданный сокращением остатков на бюджетных счетах в августе-сентябре на 420 млрд. руб. (без учета курсовой переоценки валютных счетов). Это позволило нейтрализовать влияние «увода» 330 млрд. с денежного рынка на уровень ставок на межбанковском и депозитном рынках, избежав их роста. 

В целом можно заключить, что передача Роснефти контрольного пакета Башнефти были прекрасно и заблаговременно спланирована, и скоординирована на макроэкономическом уровне. Такой же тщательной макроэкономической «обвязки» потребует и объявление Роснефти о планируемом размещении облигаций на 1.07 трлн. руб., из которых не менее 710.85 млрд руб. предполагается затратить на «байбэк» у правительства 19.5% собственных акций. 

Чтобы нейтрализовать связывание более 700 млрд. руб., составляющих от трети до половины всей суммы остатков на корсчетах российских банков и избежать кризиса ликвидности и скачка ставок вверх, потребуется либо «зеркальное» рефинансирование со стороны ЦБ (по опыту декабря 2014 г. это может вызвать панику на рынке), либо предварительное «эмиссионное» (из Резервного фонда) финансирование бюджетного дефицита с сокращением размещения облигаций госдолга, как это было сделано в августе-сентябре.

 

http://zhu-s.livejournal.com/396628.html

В условиях кризиса весьма оригинальна реакция правительства на сокращение кормовой базы от реализации нефти и газа. Повышаем налоги и кратно сокращаем расходы. Метод оригинален тем, что подобным образом не поступает ни одна крупная страна в мире. Это российский ноу-хау!

Расходы федерального бюджета в январе 2016 сократились в 2.2 раза относительно января 2015 и на 9% меньше, чем в 2014. В номинальном выражении, а учитывая накопленный рост цен за 2 года, секвестр достигает 60% к 2015. С учетом инфляции январские расходы более, чем в два раза ниже 2012-2013 и почти на 30% ниже 2011.

 

Основное сокращение расходов в январе произошло за счет обороны и поддержки национальной экономики. На оборону расходы сократились в 53 раза (!), а на национальную экономику почти в 8 раз. Также сокращаются совокупные расходы на образование и культуру. Месячные показатели достаточно волатильны, т.к. расходы правительства по месяцам распределены неравномерно и в одни периоды возможен перерасход, а в другие наоборот – недорасход, тогда как с накопленным итогом расходы выравниваются. Тем не менее, даже годовые расходы показывают сокращение.

Расходы на образование и медицину за ненадобностью сокращают и поддержку экономики тоже режут. Номинальный рост совокупных расходов федерального правительства в 2015 был обеспечен обороной и социальным обеспечением.

С учетом инфляции картина еще более удручающая. В условиях сильнейшего за 20 лет кризиса на поддержку экономики (статья «национальная экономика») тратится меньше, чем в относительно благополучных 2011-2012. Расходы на образование самые низкие за 10 лет. Под образованием подразумевается высшее образование, тогда как школы и детские сады проходят через бюджеты субъектов РФ. Да и на здравоохранение тратится на 37% меньше, чем в 2012.

В 2016 ожидается 5-10% сокращение номинальных расходов практически на все статьи бюджета, за исключением обороны и социалки. С учетом инфляции падение будет в среднем на 17% к 2015. Предполагается, что расходы бюджета в 2016 должны будут ниже на 35-50% (с учетом инфляции) относительно 2011-2012 в категории образование и здравоохранение и примерно на 30-35% ниже в плане поддержки национальной экономики.

Масштаб сокращение гос.расходов более агрессивный, чем это наблюдалось в Греции и почти также, как на Украине. В плане секвестра государственного бюджета сейчас в мире нет ни одной крупной страны, где происходило подобное. Стран ПИГС даже рядом не стоят. Испания минус 14% сокращение совокупных расходов правительства с учетом изменения цен за 4 года, Италия минус 6% за аналогичный период. Россия минус 23% с 2012 по 2016 (а без оборонки минус 33%). Рядом Греция (на 30% грохнулись, но более плавно снижались, у нас за пару лет, у них за 5 лет), Кипр около 25% и Украина под 35%.

Полная расшифровка расходов федерального правительства в номинальном выражении в млрд руб за год

Доходы сократились на 18%. В январе выпадение доходов от внешнеэкономической деятельности составило примерно два раза. На три четверти выпадение доходов от нефтегаза было компенсировано исключительно агрессивным ростом сбора налогов на товары и услуги, реализуемые в РФ.

Рост на 44% с 297 до 428 млрд. Из них НДС вырос с 215 до 300, а акцизные сборы с 82 до 128 млрд (+56%). Данные месячные не совсем показательны точно также, как и по расходами. Лучше смотреть годовые.

Полные доходы за календарный год ниже. В другой классификации

В 2015 номинальные доходы сократились на 850 млрд руб, а в текущих раскладах (на 2016) они еще могут сократиться на 1.5 трлн до примерно 12 трлн руб, если нефть останется на 35 в среднем за год, а рубль 80. Кстати, доля нефтегазовых доходов с 2006 по 2008 была в среднем 43%, с 2011 по 2014 около 50%. В кризис 2009 – 41% за счет снижения нефтегазовых поступлений, в 2015 – 43%, а в 2016 будет около 41%. Т.е. структура бюджета за последние 10 лет особо не меняется, никакой диверсификации не происходит. Доходы, связанные с внутренним спросом, показали рост в 2015 примерно на 12% в номинале – это около 350 млрд, тогда как от нефтегаза выпало 1.6 трлн. В этом году от нефтегаза можем потерять еще 1.8 трлн.

В целом можно признать, что даже без принуждения от МВФ (а Грецию и Украину принуждали) Россия догоняет их и пытается обойти на повороте в плане удушения экономики. Стараются изо всех сил, это видно невооруженным глазом. Сектора, которые способны создавать налогооблагаемую базу никак не развиваются. Даже намерений никаких нет, о чем правительство заявляло много раз и в особенности на омерзительном гайдаровском форуме.  Сырьевая рента схлопывается, а как показывает текущий кризис в России больше ни одна отрасль не способна генерировать не то, что сопоставимый денежный поток, а даже компенсация на треть невозможна. Попытки удушения экономики через рост налогов и сборов ни к чему хорошему никогда не приводили даже в условиях экономического роста, а при сильнейшем кризисе за 20 лет – это приведет к окончательной деградации экономики России со всеми вытекающими последствиями.

Судя по тем данным, что предоставляет минфин РФ, правительство гарантирует ухудшение социально-экономической обстановки в 2016. К сожалению, будет только хуже… Почему я начал статью с "российского ноу-хау"? Более вменяемые власти обычно стараются всеми возможными средствами сдерживать рост налогов и сборов при кризисе, при этом, как минимум удерживая расходы в реальном выражении около нуля, а обычно наоборот увеличивают, затыкая проблемные области в экономике и развивая отрасли, способные создавать налогооблагаемую базу в будущем. Одновременно с этим, смягчая денежно-кредитную политику, закрывая кассовые разрывы и дисбалансы в фин.системе. В России все наоборот. Буквально кратное снижение расходов, попытки всеми силами поднять налоговое бремя, а ЦБ РФ обещает ужесточить ДКП в случае усугубления кризиса в России. Вы только вдумайтесь во весь этот бред!

Власти РФ объявило войну России на уничтожение! Работают в два смычка, так сказать, из-за бугра русофобы в лице США подгаживают, но так легко, играючи, а здесь лупят буквально кувалдой.

P.S Ну, хорошо, что хоть армию не раздолбали. Увеличение расходов на ОПК и перевооружение считаю исключительно верным решением.

 

http://spydell.livejournal.com/605204.html

Мнение эксперта

Фото: https://www.e1.ru

На прошлой неделе, аккурат к пятнице 13 наш кандидат в президенты Ксения Анатольевна Собчак изволила сочетаться таинством нового брака. Все прошло помпезно, с огромной претензией на оригинальность и наличие хорошего вкуса. Чем же это, в…

Интервью

Фото автора

На наших глазах в Европе происходит процесс возрождения фашизма. В странах Восточной Европы оскверняются памятники советским солдатам-освободителям, в Польше они сносятся в законодательном порядке. Активно пересматривается история Второй мировой войны, в мозги европейцев настойчиво вбивается…

Коротко

Фото: https://medrussia.org

«Теперь дело дошло до некоторых вполне респектабельных международных институтов и европейских структур... Как будто забыли, кто напал на Польшу 1 сентября 1939 года и на Советский Союз 22 июня 1941 года... Наш ответ на ложь — это правда. Мы продолжим рассказывать о событиях, фактах Великой Отечественной войны, раскрывать и публиковать архивные материалы во всей их полноте, а то складывается впечатление, что некоторые наши оппоненты то ли читать, то ли писать не умеют, глаз у них нет, как будто не знают ничего».

    Владимир ПУТИН, Президент России

    На злобу дня

    Лев Толстой о судьбе кинотеатра "Соловей" в Москве, который закрыли вопреки мнению людей

    «Зачем обманывать себя? Народ нужен нам только как орудие. И выгоды наши (сколько бы мы ни говорили противное) всегда диаметрально противоположны выгодам народа».

      Лев Николаевич ТОЛСТОЙ, русский писатель

      Программа Сергея Шаргунова «Двенадцать», посвященная 20-летию возвращения из изгнания выдающегося русского мыслителя, философа, писателя, художника Александра Зиновьева.

      Книжный

      «ГУЛАГ — государство в государстве»

      В сентябре 2019 года издательство «Вече» выпустило книгу военного историка, писателя и публициста Александра Широкорада «ГУЛАГ — государство в государстве». Из-за маркетинговых соображений в издательстве…

        Go to top