Учение Маркса всё еще верно

5 мая 2018 года исполнилось 200 лет со дня рождения Карла Маркса. Именно «исполнилось», хотя к этой фигуре и этой дате уместнее было бы применить слово «юбилей». Но, к сожалению, не получится. Никаких торжеств, никаких особых мероприятий. Ну не считать же за таковые коротенькие комментарии в средствах массовой информации да спонтанные дискуссии в социальных сетях. К тому же подавляющее число дискутантов и комментаторов вряд ли открывали произведения классика, не говоря уже о прочтении – выдаёт поверхностная нахватанность и лозунговость, переходящая в обвинения классика в призывах к установлению кровавых диктаторских режимов.

В чём действительно правы сии мыслители, так это в том, что учение Маркса реально повлияло на ход истории в XX веке. Радикально повлияло. Круто повернуло. Однако, к установлению диктаторских режимов сам Маркс и его наследие имеет весьма малое отношение. Политиканы, вульгаризаторы учения - безусловно, «да». Но причём здесь сам творец? Чтобы понятнее – современные рыночные теории не «виноваты» в том, что попали в руки либералов –преобразователей с известными итогами четвертьвековой борьбы за счастье отдельного человека.

Но оставим вульгаризаторов и вернемся к Марксу. К экономическому пласту его учения. Рамки эссе не позволяют провести подробный анализ. Но некоторые вопросы, ответы на которые вполне очевидны и посильны даже не экономистам, дадут понимание того, почему «Капитал» актуален до сих пор. И если есть какие-то спорные моменты в учении (преимущественного в вопросах «второго ряда»), то это вовсе не означает, что надо перечеркнуть базовые, основополагающие постулаты. И ещё. Критики ссылаются на то, что труд, мол, не был завершён, что последний том (третий, для тех, кто не в курсе) редактировал и издавал Фридрих Энгельс, а потому не может считаться законченным произведением. Но для тех, кто хотя бы держал в руках увесистые фолианты, понятно, что каждая глава является законченным научным трудом на определенную тему. Ведь это не детектив, где в конце, наконец, раскрывается имя преступника.

Прежде всего, надо иметь в виду, что Маркс не придумывал свою теорию, не создавал ее искусственно. Он начал с исследования сложившегося положения в обществе. А оно в те времена в нынешних «странах с развитой рыночной экономикой» было ужасающим. Мизерная заработная плата, рабочий день по 10-12 часов без отпусков и с редкими выходными, повсеместным детским трудом… Те, кому довелось читать не экономическую, а хотя бы художественную литературу, вряд ли станут полемизировать.

В этой связи естественным образом возник следующий вопрос: а почему же так? И вывод тоже вполне естественный - экономический механизм, в основе которого лежит максимизация прибыли, к иному итогу привести и не может. Это его свойство, внутреннее свойство. Капиталист всячески стремится использовать труд рабочего на благо себе. И это называется эксплуатация, которая и является источником прибыли. Вывод для капиталистов неприятный.

Но дальше делается вывод ещё более неприятный. Оказывается, безгранично и беспредельно эксплуатировать рабочих нельзя - им нужно пить, есть, и даже отдыхать, чтобы быть способными встать к станку. Но и это ещё не всё. В конце концов, с бедственным положением рабочих с лёгкостью бы примирились. Маркс же исследовал закономерности кругооборота капитала и буквально на графиках показал (знаменитые схемы воспроизводства капитала), что бесконечно сокращать и ограничивать зарплаты нельзя. Ведь зарплаты рабочих позволяют капиталистам реализовывать их продукцию. А без реализации продукции само производство теряет смысл. А, значит, прощай прибыль.

Логично. Но также логично и то, что сами капиталисты на самоограничения не способны. (за редчайшим исключением). Для поддержания пропорции между дележом продукта на прибыль и зарплату нужен какой-то внешний механизм. В его роли выступает государство, которое ограничивает аппетиты капиталистов в их же интересах и в плане историческом. Отсюда один шаг до профсоюзов, защищающих права трудящихся.

В современных либеральных кругах не очень любят говорить об эксплуатации. В ходу больше рассуждения о «партнёрстве». Мол, капиталист предоставляет станок и сырьё, а рабочий (поскольку не в состоянии сам всё это купить) каждый день приходит и крутит болванки, зарабатывая деньги для себя и своей семьи. Тоже вроде бы логично. Но почему тогда при таком идиллическом партнерстве владелец станка (бурового оборудования) зарабатывает в день 1 миллион рублей, а рабочий в среднем по стране 30 тысяч?

В благополучные 70-80 - е годы казалось, что этот тезис Маркса ушёл в небытие. Ведь тогда заработки росли, да и социальная функция некоторых государств дала основания утверждать о «социализмах». Вроде бы так. Но только если не вспоминать, что Маркс говорил об «относительном обнищании рабочего класса». То есть снижения доли национального дохода, приходящегося на заработные платы, и концентрации богатства на одном полюсе общества, увеличении разрыва в доходах между богатыми и бедными. Разве сейчас мы наблюдаем что-то иное?

А с «социализмом» еще проще. Пока был жив «Восточный блок», западные страны вынуждены были идти на уступки трудящимся. С их точки зрения, менее опасно было немного доплатить рабочим, чем создавать условия для накала социальных отношений и неизбежных массовых беспорядков. Да и прогресс экономики позволял это делать. Нет «Восточного блока» и, как писал поэт, «всё разрешено». Не так ли?

А ещё в учении Маркса можно найти анализ и объяснение работы фондовой биржи, вексельного обращения, из которого выросли деньги (что неплохо было усвоить протагонистам криптовалют), разницы между интенсификацией труда и производительностью труда (производительность повышается на фоне умелости труда или введения нового оборудования, а интенсификация означает «затыкание пор» в рабочем времени). Продолжать можно практически бесконечно.

И как не вспомнить о предположении, что в будущем на основе высокой производительности труда богатство членов общества будет измеряться не материальными благами, добываемыми в поте лица, а наличием свободного времени (при условии заработков, которые обеспечивает высокопроизводительное оборудование). Ничего не напоминает? В смысле цифровой экономики?

А как насчёт замечания из самого начала «Капитала»: «Самый плохой архитектор отличается от самой искусной пчелы тем, что имеет сначала план». Не напутствие ли либералам-реформаторам, полагающим, что само собой всё как-то образуется?

Михаил Беляев, руководитель аналитического центра «Fundery», ведущий аналитик Агентства СЗК

 

Мнение эксперта

Фото: Фрагмент картины «Отчаянье, Старик в горе на пороге вечности», Винсент Ван Гог, 1890 г.

Всё–таки напрасно мы (простите, отдельные малосознательные элементы) порой занимаем критическую позицию по отношению к руководителям нашей экономики. На самом деле они люди слова. Сказали, что будут проводить непопулярные меры, и нате, пожалуйста! Налог на добавленную…

Интервью

Алексей Козырев: Россия – это тоже Европа, но другая Европа

У россиян старшего поколения понятие «философия» прочно ассоциируется с определением «марксистско-ленинская». Просто другой в советской действительно и не было, а эта «классовая», правильная пронизывала все поры тогдашнего общества. С тех пор немало воды утекло –…

Коротко

Валентина Матвиенко о неотвратимости приговора российским старикам

«Что касается отложить — нет, отложить нельзя. Если власть таким образом поступит, это будет безответственная власть. Обсуждать, корректировать… Но принимать надо, не откладывая, осенью этого года».

    Валентина МАТВИЕНКО, спикер Совета Федерации

    На злобу дня

    Артур Шопенгауэр о пенсионной реформе и повышении НДС в России

    "Государство — не что иное, как намордник для усмирения плотоядного животного, называющегося человеком, для придания ему травоядного характера".

      Артур ШОПЕНГАУЭР, немецкий философ

      Почему в России нельзя повышать пенсионный возраст, а цифрам «средней заработной платы» можно доверять примерно так же, как средней температуре пациентов по больнице.

      Книжный

      «Война на Донбассе. Оружие и тактика»

      В московском издательстве «Вече» вышла в свет книга военного историка Александра Широкорада «Война на Донбассе. Оружие и тактика». Событиям на Донбассе посвящены десятки книг. Но…

        Go to top